Гергиев несёт на своих плечах непропорционально большую часть современного музыкального мира. Под его руководством Мариинский театр стал одной из наиболее почитаемых (и записываемых) оперных трупп мира.
The New Yorker (апрель 1998)Гергиев в качестве дирижёра-звезды, каким он, без сомнения, является, относится к категории волшебников звуков, обладающих свойством притягивать к себе публику так, что она теряет под собой землю.
Boblinger Bote (июль 2000)Заслуга Гергиева не только в том, что он открыл Западу мир русской музыки, но и в том, что сегодня труппа Мариинского — это поразительное воплощение принципов ансамбля.
Guardian Weekly (27 июля — 2 августа 2000)
![Валерий Гергиев](/images/thumbnail300_gergiev_edinburg.jpg)
Родившийся в осетинской семье в Москве в 1953 году и выросший на Кавказе Валерий Гергиев получил музыкальное образование в Ленинградской консерватории в классе профессора И. А. Мусина. В 23 года он одержал победу на конкурсе дирижёров фон Караяна в Берлине и ещё студентом консерватории был приглашён в Кировский театр.
В возрасте 35 лет Валерий Гергиев был избран художественным руководителем оперной труппы, а с 1996 года является художественным руководителем-директором Мариинского театра. Сегодня Гергиев считается одним из ведущих дирижёров мира. С ним хотели бы сотрудничать лучшие оркестры и оперные коллективы. Однако его главное стремление остаётся неизменным — превратить труппу Мариинского театра в лучшую труппу мира и позволить стране гордиться Санкт-Петербургом и Мариинским театром (пути развития которых он видит в единстве). Художественные достижения маэстро Гергиева принесли ему многочисленные звания и награды. Он — народный артист России (1996), лауреат Государственной премии России за 1994 и 1999 годы, с 1996 по 2000 и в 2002 году ему как лучшему дирижёру года присуждалась высшая театральная премия страны «Золотая маска», Гергиев получил приз Дмитрия Шостаковича и премию «Золотой софит» за лучшую дирижёрскую работу в 1997, 1998 и 2000 годах. За выдающиеся исполнение классической музыки Валерий Гергиев был удостоен титула «Лучший дирижёр года» (Musical America — США, Independent, Evening Standart — Великобритания). В 1998 году за выдающийся вклад в музыкальную культуру Philips вручил ему специальную премию, которую он передал на развитие Академии молодых певцов Мариинского театра. В 2000 году Валерий Гергиев был избран действительным членом Международной академии творчества. В том же году ему были присвоены высшие награды России и Республики Армении — орден Дружбы и орден св. Месропа Маштоца. В 2001 году маэстро был награждён Крестом I класса «За заслуги» Федеративной Республики Германии за активное содействие в области германо-российского культурного обмена и личный вклад в популяризацию музыки немецких композиторов. Гергиев также был удостоен высочайшей правительственной награды Италии — ордена «Почётный кавалер» («Ufficiale al Merito»). Такая награда вручается выдающимся гражданам страны, внёсшим особый вклад в благосостояние отечества в областях науки, экономики и культуры. Подобная честь оказывается иностранцам в исключительных случаях. 31 января 2002 года Владимир Путин вручил Валерию Гергиеву премию Президента России в области литературы и искусства. В Мариинском театре Гергиев воспитал плеяду певцов мирового уровня, но его главным художественным достижением остаётся расширение и обновление репертуара, особенно произведений русской классики, что ставит маэстро особняком в ряду дирижёров конца XX века. Он предан Прокофьеву, о котором, по его мнению, забывают. Во время фестиваля «Звёзды белых ночей» в 1999 году Гергиев осуществил новую постановку оперы «Семён Котко», а в 2000 году под его управлением прозвучала опера «Война и мир», ставшая одной из блистательных премьер сезона 1999-2000.
Оперы Мусоргского, Чайковского, Римского-Корсакова, Прокофьева и Шостаковича, а также балеты Стравинского заняли прочное место в репертуаре театра. Большое внимание в репертуарной политике Гергиев уделяет и работам западных композиторов. Одним из главных событий этого направления стала опера «Парсифаль» (1997), поставленная в России впервые за последние 80 лет. В 2000 году началась работа над вагнеровским «Кольцом нибелунга». В мае 2000 года состоялась премьера первой части цикла — оперы «Золото Рейна», в 2001 — «Валькирии». Вся тетралогия впервые прозвучит в исполнении русской труппы на немецком языке и в последовательности частей, предусмотренной композитором. В сезоне 1998-1999 годов Гергиев и его театр отметили несколько юбилеев: 20-летие прихода маэстро в Мариинский театр, 10-летие на посту музыкального руководителя, 10-летие эксклюзивного сотрудничества с компанией Philips, принёсшего записи более 30 дисков. Дискография отражает два проекта из ранних 90-х, оказывающих своё влияние и поныне. Это два фестиваля, посвящённые Римскому-Корсакову и Прокофьеву, — фигурам первой величины на музыкальном Олимпе Санкт-Петербурга. К двум операм Римского-Корсакова, «Псковитянке» и «Садко», добавились «Легенда о невидимом граде Китеже», «Кащей бессмертный» и «Царская невеста», а также «Игрок» Прокофьева (в дополнение к уже выпущенным «Обручению в монастыре», «Огненному ангелу» и «Войне и миру»). Другие оперы, включая «Руслана и Людмилу», «Князя Игоря», «Хованщину», обе версии «Бориса Годунова», «Пиковую даму», «Мазепу» и «Иоланту», входят в число самых значительных выпусков в серии Philips — Mariinsky. Не менее важной стала и запись оригинальной санкт-петербургской версии оперы Верди «Сила судьбы». «Спящая красавица» и «Ромео и Джульетта» записывались на ранней стадии этого сотрудничества. В 1998 году вышли в свет «Щелкунчик» и «Жар-птица», а также «Прометей» Скрябина. С оркестрами Мариинского театра, Венской филармонии, Роттердамской филармонии дирижёр записал произведения Бородина, Глинки, Мусоргского, Хачатуряна, Лядова, Прокофьева, Рахманинова, Шостаковича и Чайковского. Статья в The New Yorker так определяет устремления и результаты плодотворной дейтельности маэстро:
«Гергиев вновь соприкоснулся с чем-то более глубоким. Другие дирижёры его поколения сделали себе имя благодаря осознанным индивидуальным интерпретациям. Гергиев же порождает спонтанный поток эмоций, всеобщее праздненство звука. Он способен выразить идею эмоциональной материи музыки и дать ей жизнь».