Главная Металл интервью Интервью Kruger: Long Live дизель-рок!

Интервью Kruger: Long Live дизель-рок!

E-mail Печать PDF

          Kruger - один из долгожителей нашей рок сцены. Группа была основана Александром Хамером в 1989 году в городе Воронеж и, через некоторое время, перебралась в Москву, где до сих пор и дислоцируется. Как и у других наших рок-легенд, пик популярности Kruger пришёлся на начало 90-х годов, когда подобная музыка вышла из подполья и собирала стадионы. Теперь, когда на вершине музыкальной сцены псевдо-рок группы, именуемые в народе "говно-роком", настоящие рок-металл команды, типа Kruger, E.S.T. и Коррозии Металла вынуждены выступать в клубах и на байкерских тусовках. Правда, не так давно Kruger вернулся из турне по Германии, где имел успех. Приятно осознавать, что наша рок музыка до сих пор котируется на Западе.
          В мае Kruger выпустили новый альбом "No Компромисс", рецензия на который скоро появится на нашем сайте. Презентация диска прошла 21-го мая в Московском клубе Релакс и не провалилась, несмотря на то, что параллельно проходили концерты финских Amorphis и наших E.S.T.. А раз Kruger занимает далеко не последнее место на московской металл сцене, то мы просто обязаны взять у Хамера интервью. Тем более что этот человек достоин уважения: не каждый музыкант может так любить свою музыку, своё дело, чтобы выступать на сцене с повреждённой рукой, играя на гитаре превозмогая боль.

          
          


          Буквально на днях у вас вышел новый альбом "No Компромисс". На каком лейбле он вышел, и что нового мы сможем услышать на этом альбоме?
          Диск выпущен одним из наших лучших лейблов - CD-Maximum. На этом альбоме много сюрпризов. Я сделал то, что мне давно хотелось сделать - смешал жесткий хард рок, трэш и дет-металл, то есть сделал смешение стилей классического старого Kruger времён "Рождённых мраком" и "Эмбрион Сатаны" и такого, как "Дети Вражды" и "Вера и Религия". Получилось, на мой взгляд, довольно интересно - не просто шараханье из стороны в сторону, а именно органичный сплав.
          
          То есть, он тяжелее, чем "Вера и Религия"?
          Да, он тяжелее. На альбоме есть фактически трэшевые песни. Хотя сейчас модно использовать несколько другой звук, я не иду на поводу у моды. Для меня мода - понятие относительное. А после тура по Германии мы ещё раз получили представление о том, что и зачем делаем. Нас западные фэны просили, чтобы мы ни в коем случае не поддавались новомодным фишкам, от которых пострадали многие хорошие рок группы, которые они любили, и не хотели, чтобы ещё на одну стало меньше.
          
          А почему альбом называется "No Компромисс"?
          Я всегда пытался писать яркие выразительные тексты, которые дёрнут такую струнку в организме слушателя, от которой у него пробежит дрожь по спине и выступят слёзы на глазах. Для этого необходимо, чтобы это сначала случилось у тебя, во время написания текста. У большинства моих песен всегда была рок-н-рольная тематика, про наше рокерское братство. А в этот раз... Меня уж очень достало то, что в стране произошли глобальные изменения, и этими изменениями, к сожалению, в основном пользуются не те, кто этого добивался, и кто этого заслуживает. Впрочем, те кто этого добивался просто должны быть активнее и не давать бесшабашным хамам вышибать почву у себя из под ног. Меня всё это невыносимо достало, и я написал альбом "No Компромисс", в котором всё назвал своими именами: хамов - хамами, а грязь - грязью. Видимо, настало время. Поэтому альбом и называется "No Компромисс". Кстати, мы забыли написать на обложке "No Компромисс pt.1". Дело в том, что нами было написано для альбома 14 песен, а в итоге, на диск вошло всего девять, так как мы увидели, что продолжительность диска уже 55 минут. Поэтому у нас появилась идея выпустить альбом в двух частях. Не знаю, будем ли мы это делать, или назовём продолжение по-другому. А может, будет другая концепция, хотя всё это - главы одной большой книги под названием Kruger.
          
          А что, песни получились очень длинными?
          Так как в России рок музыка не пропускается форматом СМИ на широкую аудиторию, а культивируется только безликий псевдо-рок, я, понимая, что ротация на радио нам не грозит, оставлял песни такими, какими они рождались в моём сердце и душе. И если на прошлых альбомах я как-то себя сдерживал, стараясь композиции не расширять, то тут дал волю фантазии, и у нас появились композиции сложной формы по 7, по 10 минут. Но меня они, честно говоря, не напрягают. Альбом получился концептуальным, и я думаю, нашим поклонникам будет интересно его послушать.
          
          А в какой студии у Вас происходила запись?
          В студии Чёрного Обелиска. Это уже второй альбом, записанный там. Нам нравится, как работает Дмитрий Борисенков. Он работает хорошо и быстро.
          
          Отечественные группы довольно редко устраивают концерты в Европе. Насколько успешно прошёл ваш тур по Германии?
          Тур прошёл хорошо. Сразу скажу, мы не собирали супербольшие залы, мы работали в основном по клубам. У нас было только два концерта в клубах типа ДК с залом на полторы - две тысячи человек. И это были фестивали. Один - фестиваль голландского хэви-металла, на который как-то попала одна российская русскоязычная группа Kruger, другой - ещё какой-то фестиваль, не помню названия. У нас было десять концертов за три недели. Это немного напрягает, так что не мудрено запутаться. Промоутеры, которые нас туда приглашали тоже остались довольны. Тур оказался более успешным, чем они сами ожидали. Нас на каждом концерта по три раза вызывали на бис. Звали и больше, но у нас уже песни и силы кончались. Мы так понравились публике, что за два концерта продали 200 пластинок, которые я привёз с собой. Я взял 200 пластинок, думая, что половину привезу обратно. Но вот, ко мне после второго концерта подходит наш тур-менеджер и говорит: "Давай ещё пластинки!". Я ему отвечаю, что у нас больше нет, а он: "Как, нет! У нас же ещё восемь городов!" Меня несколько удивило, но оказалось, нельзя сказать, что Крюгер в Германии - неизвестная группа. У них в престижных журналах рецензии на наши альбомы печатались. Но рецензии в журналах это ещё не тотальная рекламная бомбёжка. Тем не менее, немцы нас послушали, им понравилась наша музыка, и они стали покупать наши пластинки.
          
          А на чём вы передвигались по просторам Германии?
          На микроавтобусе.
          


          А случилось что-нибудь интересное во время турне? Может, какая внештатная ситуация?
          Ну, во-первых, я там одну песню написал. Она мне приснилась. Я проснулся и побежал листочек бумаги просить. А приснился мне клип с видеосюжетом и с музыкой. То есть, я музыку помнил. А в припеве там была строчка "Hundred Mirrors". Я подошёл к одному человеку и спросил, что бы это значило. Он ответил: "Это сто зеркал, по-английски". Я обалдел: не зная английского языка, я во сне сочинил песню на этом языке. Ну, ещё там всякие недоразумения были. Мы случайно попали в пару аварий, на которые у нас бы никто внимания не обратил, а там нам предъявили счёт. Кроме того, мы пили пиво в нормальных для нас количествах, но когда мы приходили сдавать бутылки, а у них это принято в обязательном порядке, у приёмщиков глаза выкатывались. Мы однажды сдали 60 бутылок. Немцы, чуть ли не хлопая в ладоши, отдавали нам деньги. Мы на эти деньги там же купили пиво, у них на глазах выпили и отдали им бутылки. Для них это было шоу, а для нас было шоу то, как они реагируют на это. (смеется) Ещё на таможне мою гитару приняли за антикварный инструмент и чуть не арестовали. Пока они думали, мы накупили Джек Дениелса и принялись его уничтожать.
          
          Частые выступления не напрягают?
          Нет, не напрягают. Вообще, сейчас как-то гастролей маловато, эта сторона плохо организована. Раньше я всё время ездил в туры, автобусы, поезда, гостиницы - это моя жизнь. Сейчас, всего этого мне ужасно не достаёт, и я иногда начинаю скучать.
          
          Недавно были переизданы два ваших ранних альбома. С чем связано это переиздание, и каким тиражом они вышли?
          Сейчас все лейблы работают по такой схеме: сделал минимальный тираж - продал - сделал ещё. Сейчас пластинки не выпускаются так, как раньше. "Рождённый мраком" мы выпускали 10000 тиражом, но тогда меньше, наверное, и не делали. Сейчас CD-Maximum сделали 500 пластинок, а потом ещё выпустят, если потребуется. Первые издания "Дети Вражды" и "Рождённый Мраком" уже давно распроданы и люди на сайте постоянно интересовались, когда же будет выпущено ещё на CD или на кассетах. Мы пошли на встречу нашим фэнам и переиздали всё. "Дети Вражды" вообще выходили до этого только на кассетах, а это недолговечный носитель.
          
          Я слышал, что альбом "Дети Вражды" был записан за 36 часов. Так ли это, и в сколько сессий проходила запись?
          Да, это так. Запись проходила в три сессии по 12 часов. За 30 часов материал был записан, и за шесть сведён.
          
          То есть, записывались вы с первой попытки?
          Да, писались с одной попытки. К сожалению, на качестве такая скорость отразилась не в самую лучшую сторону, но получилось всё равно неплохо. Подобные временные лимиты мобилизуют и заставляют тебя выдавать всё, на что ты способен в экстремальной ситуации. В среднем же мы записываем альбом за 40-60 часов.
          
          Такая спешка вызвана экономией денег?
          Спешка, скорее всего, вызвана нетерпением услышать новый материал в готовом виде. Во-первых, мы стараемся всё качественно записать, а во-вторых, побыстрее услышать результат. Поэтому мы записываем всё быстро. Но есть, конечно, и финансовые лимиты. Мы сначала платим деньги за запись всего альбома, а потом записываемся. И мы никогда не доводим дело до превышения заплаченного бюджета.
          
          А сколько у вас всего альбомов?
          На данный момент - восемь. Ещё не переиздан первый альбом - "Эмбрион Сатаны" - и два альбома ещё в столе: "Подлежит уничтожению" и "Кровавый Голод" 1994 года. Они записаны, но мы не издавали их ни разу. В плане музыки это примерно то, что на новом альбоме, но там ещё тяжелее было. Сейчас я использую мелодичный вокал, а тогда рычал как дикий монстр.
          
          А с какого альбома в Kruger поёт Джина?
          Первый альбом, на котором она пела - "Мы - Рок!". Значит она с нами уже три альбома. На новом альбоме сольно она поёт две песни, балладу "Се ля ви" и "Стальное братство" мы поём вместе, а остальное - бэки.
          
          А видеоклипы у вас есть?
          Да, правда, всего четыре. На "Мясорубку", "Дети Вражды", "Аппетитная Леди" и "Мы не станем другими". Мы думаем выпустить их на одном из CD в качестве бонусов.
          
          Раньше Вы пели гроулингом, но уже на "Дети Вражды" мы слышим более или менее чистый вокал. С чем это связано?
          На ранних альбомах я выдавал полную аллегорию, а дальше я просто взял и приземлился. Человек-дракон решил походить по земле. Я перестал сочинять страшные сказки со смыслом, написанным молоком между строками, который надо над свечкой проявлять, и просто начал говорить открытым текстом то, что думаю. Музыка стала несколько легче, так как я изменил концентрацию агрессии. И дал в вокал мелодическую окраску, от которой песни, как я думаю, только выиграли. Всё это обусловлено восприятием жизни на данный момент.
          


          Вот ваши патриотические песни. Они выступают против советской власти или и против нынешней?
          В первую очередь, они выступают за Россию. Не скажу, что мне наплевать на советскую власть, больно много крови она попила у меня и моих близких. Когда красные, КГБ и прочие совки, поняли, что не справятся со мной, они принялись за моих родителей и близких родственников, показав своё настоящее лицо. Я бы не сказал, что против нынешней власти, но мне в ней далеко не всё нравится. Эти песни за Россию. Они не националистические, хотя, помнить свою национальность и любить ту землю, на которой ты родился, никогда никому не вредно. Стоит съездить в любую нормальную страну, в той же Европе, и ты увидишь, что они и гостей уважают и страну свою содержат в полном порядке. Для них Родина не заканчивается собственной жилплощадью. У нас, к сожалению, не так много людей с подобным менталитетом. Очень много эгоизма и неоправданной гордыни!
          
          А что Вас вдохновило на написание песни "Последний музыкант"?
          В детстве у меня было три больших страсти. Одна страсть у меня до сих пор осталась - я интересуюсь индейцами. Правда, сейчас я ими интересуюсь в меньшей степени, так как многое уже знаю. Второй моей страстью было - Ледовое Побоище. Александр Невский, крестоносцы... Я массу литературы про них прочитал. И третья - Титаник. Я увидел статью про него в журнале "Техника Молодёжи". Картинка там страшная была нарисована, как люди в ночи сыплются с этого корабля. Меня эта тема долго волновала. Моя самая первая песня об этой трагедии, которую мы так и не выучили, называлась "Гибель в пучине". А когда я посмотрел фильм "Титаник" и увидел этих ребят, музыкантов (я знал про этот факт, но увидел игру актёров, которая меня потрясла), у меня прямо комок к горлу подкатил. И буквально на следующий день, когда я ехал в метро, у меня родилась песня "Последний музыкант".
          
          В интересных местах у Вас рождаются песни.
          Да. Вот, например, песня "Мы не станем другими". Я написал её, когда работал в Р-Клубе звукорежиссёром. Я написал её прямо за пультом, когда играли другие группы. Тогда я написал слова, а на следующий день утром я написал музыку.
          
          Кстати, когда Вы пишете тексты песен, о чём Вы думаете?
          Я просто ухожу в астрал, и тексты пишу как бы не я. Они сами приходят. У меня звучит музыка, я медитирую, и у меня в голове начинают рождаться строчки. Песни, которые я написал не сразу, можно пересчитать по пальцам.
          
          А можете привести пример песни, которая далась Вам с большим трудом?
          Ладно, назову я Вам одну песню, которая долго рождалась. Это песня, в которой мне нужно было выразить концепцию рок-движения. Это песня "Мы - Рок!". Она рождалась естественно, словно дерево. Сначала появился росток, потом всё больше и больше всё время росла и менялась. Если песня растёт, это хорошо, но если приходится песню из пальца высасывать, я её бросаю и начинаю другую делать и к этой песни возвращаюсь, только когда она сама подаёт мне знак. Если этого не происходит, вряд ли я снова возьмусь за неё.
          
          А что Вы чувствуете во время исполнения своих любимых песен?
          Я скажу так. Несколько раз, в разные промежутки времени, когда я пел песню "Мы не станем другими", у меня подкатывал к горлу комок, и выступали слёзы на глазах. Я отходил от микрофона, а люди, которые стояли за аппаратами, выходили и начинали спрашивать: "Ты чего, Хаммер, звук не нравится? Почему ты перестал петь?" А я просто не мог петь. Такое у меня иногда случается и во время исполнения песни "Оборотни", которая написана по реальным событиям. Когда я её пою, я вспоминаю то, что тогда происходило. А когда я исполнял "Мы не станем другими", я вспоминал друзей, которые ушли, Толю Крупнова вспоминал. Я пою, а у меня перед глазами сцены из прошлого. Сейчас, когда я пою эту песню, я стараюсь ни о чём не думать и не вспоминать, просто петь и играть.
          


          Вот у Вас интересная гитара в форме дракона. Чья это была идея и где, её изготовили?
          Это старая история. Когда я был маленьким, меня ребята научили плеваться огнём. Мы пугали прохожих на улице. Мне было тогда лет шесть. А потом, когда я начал играть, у меня тогда была ещё группа Старый Город, я вспомнил этот трюк, плюнул, а тут подходит ко мне коммерческий директор фирмы BIZ Enterprises и говорит: "Клёво, как Джин Симмонс, давай на сцене повтори!". А потом, когда мне надоело постоянное сравнение с Kiss и Коррозией Металла, а у нас было похожее секс-шоу на сцене, я убрал его и перешёл на пироэффекты. Потом мне надоело сравнение с Джином Симмонсом. Я решил, что что-то надо придумать. Началось с того, что на бутылке с горючим я написал "Dragon Fire". Потом начал эту тему развивать. Сначала я хотел сделать на голову шлем. Такой, печенегско-татаро-монгольский в виде головы дракона. Потом подумал, что зачем делать шлем, если можно сделать башку с пастью и из неё плеваться. Сделал. Потом я решил, что с гитарой можно сделать то же самое. Гитару мы сделали вдвоём с одним мастером. Если её подключить по всем правилам, то у неё из ноздрей идёт дым, а из пасти огонь временами выскакивает. Но мы не имеем возможности это осуществить, так как дирекция клубов противится этому делу.
          Потом я решил, что можно поджечь руки и ноги. Тогда, когда я ещё не сделал головы дракона, я просто поджигал руки, ноги, гитару и играл. Они вспыхивали совершенно неожиданно для зрителя. А потом появился дракон. У меня там есть один секрет, с помощью которого дракон раскрывает пасть и из неё вырывается пламя. Наши-то зрители к этому прохладно отнеслись: ну есть, и есть. А иностранцы были просто в восторге, как дети. Если им что-то нравится, они не боятся бурно выражать эмоции.
          
          Александр, а что Вас сподвигло на занятие музыкой?
          Дело было так. Я занимался хоккеем и получил травму. В общем, я получил три месяца постельного режима. Три месяца мне нельзя было вставать с постели и, чтобы мне не было скучно, мне принесли послушать на магнитофоне разную музыку: Deep Purple, Rolling Stones и всё в том же духе. После этого мне захотелось научиться играть на гитаре. У меня с детства была тяга к рисованию, поэтому мама отдала меня обучаться художественному искусству. Потом у меня интерес к художеству пропал, но ещё больше возрос интерес к гитаре. В результате, я бросил художественное училище и поступил в музыкальное.
          
          А в каком возрасте всё это произошло?
          Мне тогда было двенадцать лет. Я поехал на соревнования, обманул врачей и вышел больной на лёд. И мало того, что покалечился, так осложнения возникли. В результате, постельный режим. Вот так вот. Не было бы счастья, да несчастье помогло. Хотя, вопрос спорный: за все свои несчастья в жизни я обязан Ричи Блэкмору (смеётся).
          
          То есть, Rainbow одна из Ваших любимых групп? Огласите весь список.
          Deep Purple, Rainbow, Slayer, Motorhead, ранняя Metallica, Judas Priest. Уважаю Iron Maiden, AC/DC. Ну вот, в общих чертах.
          
          То есть, классика?
          Да, в общем, классика. Роковая и симфоническая тоже, избранно. Из новых групп мне, к сожалению, ничего не полюбилось. Уважаю Merlin Manson и местами Guano Apes, но только уважаю. А вообще, я мало слушаю музыки. Наверняка есть масса классных групп, которые я просто не слышал. Может, конечно, не масса, но наверняка есть. Я имею ввиду только настоящий рок!
          


          Каким Вы себя видите лет в 60-70? Будете выступать?
          Если буду жив, конечно, буду выступать. Я по-другому не умею. Лучше всего, отдать концы в гримёрке или на сцене незаметно для себя. (смеётся)
          
          Приглашали ли Вас играть в другие группы?
          Да, приглашали играть в некоторые известные группы, но я был вынужден отказываться, так как Kruger отнимает у меня всё время.
          
          А музыканты группы где-нибудь ещё работают?
          Да. Я вот, например, ещё работаю в музыкальной школе, а ещё, по совместительству, делаю татуировки, пирсинг и шрамы. Но, в основном, все работают по музыкальной части.
          
          Ну, и напоследок, несколько слов для наших читателей.
          Не нужно поддаваться на массовую пропаганду псевдорока и подмену понятий. Это не рок, это коммерция, направленная на то, что бы отвлечь думающих людей от мышления и поиска своего пути, чтобы сделать их клонами "поколения Pepsi", сделать из них болванов, которыми можно управлять. Рок-н-ролл всегда был и остаётся музыкой бунта и протеста, музыкой наивысших эмоций, искренней музыкой. Не нужно поддаваться соблазну быть модным. Мода - это заполнение духовного вакуума. Нужно быть стильным, но это уже совсем другое. И ещё - живите с кайфом и дарите его окружающим! Long Live Rock'n'Roll!
          
          John Sinterson, Света "Пандора"
          при содействии Виктора и Екатерины Киселевой
          Фотографии, использованные в оформлении интервью, предоставлены Slayn'ом